Новости и комментарии

ЦБ решил пока не трогать ставку, чтобы не волновать экономику

Банк России отказался понижать в сентябре ключевую ставку — решением совета директоров ЦБ она сохранена как минимум до октября на уровне 4,25% годовых. Большая часть объяснений регулятора заключались в том, что причин продолжать удешевлять деньги множество — но не сейчас. Видимо, основная причина решения Банка России — слишком быстрое восстановление экономики при предположительно слишком близком пределе, за которым стимулировать восстановление будет бессмысленным.

Само по себе решение совета директоров ЦБ о сохранении ключевой ставки на уровне 4,25% было легко угадано (на этом настаивал консенсус аналитиков пула Bloomberg и большинство банковских аналитиков в РФ) — на основании формальных данных. В действительности и заявление совета, и комментарий главы Банка России Эльвиры Набиуллиной начинались именно с этого: инфляция в последние месяцы чуть выше прогнозной траектории, рассчитываемой ЦБ, и этого вполне достаточно, чтобы дополнительно не увеличивать денежное предложение в экономике. Впрочем, почти вся дальнейшая риторика Банка России была выстроена в том ключе, что снижение ключевой ставки вполне возможно, и даже более чем возможно,— учитывая стандартное заявление «Банк России будет оценивать целесообразность дальнейшего снижения ключевой ставки на ближайших заседаниях», предваряющее все происходившие снижения ставки.

Так, в пресс-релизе ЦБ по итогам заседания крайне убедительно утверждается, что среднесрочный баланс рисков по инфляции смещен в сторону более низкой, чем прогноз регулятора, инфляции, а «сохраняющееся отклонение экономики вниз от потенциала создает дезинфляционное давление» — и лишь в текущий момент (то есть краткосрочно) проинфляционные риски чуть выше обычного. Учитывая, что Банк России неоднократно заявлял, что его операции со ставкой не должны реагировать на краткосрочные колебания конъюнктуры, а само по себе решение ЦБ будет отражаться на рынках в основном в январе—июне 2021 года,— это довольно необычная ситуация.

Фактически ЦБ сообщил, что если бы не особые обстоятельства — ставку нужно было бы снизить до 4%, и это почти неизбежно произойдет, просто не сейчас.

О самих особых обстоятельствах (которые, согласно регуляторной концепции ЦБ, должны действовать некраткосрочно) регулятор говорил мало и предположительно. Их можно резюмировать так: вероятность неприятностей для экономики РФ в ближайшие месяцы возросла. Это и ожидаемый «рост геополитической напряженности» (эвфемизм, в котором указывается обычно санкционный риск на Россию,— но в сентябре 2020 года это еще и непредсказуемость мирового рынка до ноября, президентских выборов в США), и вероятность сильной реакции мировых рынков на возможную вторую волну локдаунов в крупных экономиках в связи с продолжением коронавирусной пандемии, и возможное изменение поведенческой модели компаний и домохозяйств, которые могут сохранить высокую норму сбережений и после того, как коронавирусные проблемы в их медицинской части сойдут со сцены. И поскольку Банк России сейчас не может оценить, будут ли эти риски реализовываться,— есть возможность не предпринимать именно сейчас, в сентябре, никаких действий, сохранив ключевую ставку неизменной как минимум до 23 октября 2020 года, когда обстоятельства будут известны точнее.

Аналитики Банка России делают три очень важных наблюдения, которые, видимо, и следует считать фундаментальной причиной того, почему при всех показаниях к снижению ставки ЦБ предпочел ее в сентябре не изменять.

Первое: по мнению ЦБ, восстановление экономики после летних локдаунов идет быстрее, чем прогнозировалось. Второе — внутренний спрос в России восстанавливается энергичней, чем внешний, и с большой вероятностью восстановится до уровней, соответствующих докризисному отсутствию разрыва выпуска с потенциалом, быстрее. Третье — пока это невозможно утверждать точно, но сам потенциал в 2021 году может оказаться ниже докризисного. Иными словами, с определенной вероятностью в условиях очень слабой внешней торговли и активного восстановления внутри страны экономика России в начале следующего года может оказаться парадоксальным образом перегретой.

Дмитрий Бутрин


Полный текст материала на http://www.kommersant.ru/