Газета Дело

«Каюром может стать каждый». Как гендиректор завода «Алит-тм» Алексей Пономарев стал погонщиком собачьих упряжек?

«Делу время, потехе час», – наш герой Алексей Пономарев на личном опыте убедился в правильности этой поговорки. Как горы помогли генеральному директору завода «Алит-тм» вылечиться от бессонницы? Чем зацепила его Берингия – камчатская гонка на собачьих упряжках? Легко ли быть каюром? И что нужно знать о собаках до того, как встанешь на нарты?

<p>Фото В. Иванова</p>

Фото В. Иванова

От бессонницы – в горы

Своими увлечениями Алексей Пономарев обязан бизнесу, а бизнесом – времени, «лихим девяностым». «После окончания вуза все мы оказались никому не нужны с нашим высшим образованием, перебивались кто чем мог, – поясняет он. – Я, например, на стройку пошел. Работал каменщиком, высотником, монтажником, а в 1997 году решил открыть свою строительную компанию».

Бизнес быстро развивался. Заказы выполнялись оперативно, обороты росли – стали появляться свободные деньги. «Можно было, конечно, накупить кучу квартир, ‘крузеров’, но мы пустили деньги в дело, – говорит наш собеседник. – Стали строить завод автоклавного газобетона в Иркутске».

Запуск предприятия потребовал много сил, времени и денег. На одно только оборудование в общей сложности было потрачено 30 млн рублей. «А работал я по 12 часов в сутки, без выходных – и так практически десять лет», – говорит Алексей.

В 2008 году, когда грянул кризис, соучередитель «устал» и отошел от дел, и пришлось принимать непростые бизнес-решения, Пономарев перестал спать.

«Восемь месяцев я не спал вообще, – делится он. – Стало ясно, что нужно что-то делать, иначе – крышка».

Лечиться от бессонницы Алексей отправился в горы. В молодости он занимался альпинизмом – решил вспомнить былое: сходил с товарищами в Гималаи, поднялся на Мера-пик (6476 метров). За этой экспедицией последовали и другие.

<p>Непал, Базовый лагерь "Эверест". Фото из личного архива</p>

Непал, Базовый лагерь "Эверест". Фото из личного архива

«Главной задачей было на относительно недолгий срок, но полностью переключиться, сменить обстановку. Раз в год это нужно делать обязательно, – говорит Алексей. – Отдельное спасибо семье, которая меня в этом деле поддерживает. Для жены и детей мои экспедиции – тоже время непростое, но я уверен, что у них все нормально. Это придает силы».

Каждая такая экспедиция, по его словам, обходится в 100-150 тысяч рублей. «Это тот бюджет, который я могу себе позволить. При нормальной проработке маршрута, подготовке это вполне реально. Никаких миллионов не нужно».

Мечта – Берингия

В гонки на собачьих упряжках наш герой попал совершенно случайно. Владелец одной из компаний в Хабаровске, который строил объект и пригласил «Алит-тм» осуществлять строительный контроль, обмолвился после очень тяжелой планерки, что есть у него мечта – Берингия.

«Что за Берингия, я понятия не имел. Но было интересно, почему человек при его бизнесе с миллиардными оборотами мечтает о ней,

– рассказывает Алексей. – Посмотрел в интернете, оказалось, что это гонка на собачьих упряжках на Камчатке».

Север, традиции, коренные народы, возможность увидеть природу полуострова… Пономарев загорелся этой идеей, написал организаторам гонки. «Целый год их доставал, – смеется он, – в итоге взяли меня, волонтером. Для туриста это дело недешевое, а мне пришлось потратиться только на билеты и на питание».

По словам Алексея, волонтерская работа на Берингии ничуть не проще работы каюра – погонщика упряжки. Длина трассы – 1300 км. На протяжении всей гонки нужно снабжать участников продуктами, медикаментами. В общей сложности волонтеры на снегоходах «перебрасывают» 5 тонн грузов.

«Работа требует выносливости. Бывали случаи, когда мы приходили в лагерь только в 7 утра, а в 9 уже новый старт. И нужно ехать. Тебя никто не ждет, гонка идет».

Берингия запала Алексею в душу, и через год он отправился туда уже в качестве участника: «Местные каюры позвали, пообещали дать собак».

<p>Берингия-2014. Фото из личного архива</p>

Берингия-2014. Фото из личного архива

У стаи свои законы

То, что в гонках на собачьих упряжках участвуют хаски и маламуты, – большое заблуждение. «Это собаки, без сомнения, красивые, но для таких нагрузок не приспособленные. Мех у них слишком теплый. В итоге – перегрев, обезвоживание», – поясняет Алексей.

Поэтому в основном каюры бегают на ездовых – камчатских, аляскинских. Или на так называемых сибирских хасках – у них шерсть покороче, они более поджарые.

«Чистых линий сейчас в России мало, – говорит наш собеседник. – В годы советской власти, когда коренные народы Севера сгоняли в поселки, собак расстреливали. На Камчатке, на Сахалине – всех уничтожили. Чистокровную ездовую можно сегодня купить в Японии или на Аляске. Но это удовольствие не из дешевых. Одна собака может стоить до 1000 долларов».

По словам Алексея, на Камчатке сейчас активно занимаются восстановлением ездовых пород. Каюры покупают молодняк, открывают питомники. Собачьи упряжки – главная достопримечательность Севера, очень популярная среди гостей Камчатки, доходы от турбизнеса позволяют покрывать немалые расходы на содержание собак. 

Один из камчатских питомников выделил собак для Алексея. Чтобы познакомиться с ними, наш герой приехал на Камчатку за полмесяца до начала гонки.

«Если ты простой турист и вдруг начнешь командовать: 'право-лево', собаки тебе, конечно, скажут: 'Ты кто такой?’. Нужен авторитет. А чтобы его заслужить, с собаками надо потренироваться, побегать.

Чтобы они понимали, что ты, пусть не на большое время, но их хозяин, что ты их кормишь, ты за ними ухаживаешь, смотришь. Что ты сам не халтуришь во время гонки. Если, например, идет подъем, а ты стоишь, не бежишь – собаки это почувствуют, посмотрят с укором: 'Парень, надо помогать на подъеме’».

В упряжке может идти от 8 до 14 собак. Характер у всех разный, способности – тоже. Грамотно расставить собак в упряжке – во многом залог успеха.

«Есть так называемые передовики. Они, как правило, самые шустрые, самые умные. Задают темп, понимают команды ‘лево’ и ‘право’, – рассказывает Алексей. – Есть коренные – более выносливые, сильные, их ставят в конец. Остальных нужно расставить посередине, да так, чтобы шли мирно и не халтурили. У них ведь свои взаимоотношения – могут начать воспитывать друг друга, могут и подраться».

Проявлять характер собаки могут и во время гонки. «Северные ездовые – дикие, их даже с волками крестят, для выносливости.

Во время гонки упряжка становится настоящей стаей, а у стаи – свои законы. Включаются природные инстинкты.

Бывает, что на обгоне начинают драться с противниками. А если на трассе другое какое-то животное – то и ему не поздоровится. В прошлом году, например, коня завалили: каждая собака, пробегая мимо, укусила – конь просто истек кровью. В этом, в том числе, ответственность каюра – не допустить такого, вовремя остановить упряжку, остудить пыл собак».

Икра и изюбрятина – только для собак

Берингия проходит на Камчатке уже 25 лет. Это не только дань традиции, но и финансовый проект. «Суммарный призовой фонд соревнования – 8 миллионов рублей, поэтому схватка там идет не на жизнь, а на смерть, – рассказывает Алексей, – Как в большом спорте».

Одолеть 1300 км нашему герою, конечно, оказалось не под силу. «Прошел километров 350, но и это было отличным опытом», – говорит он.

Берингия относится к классу «пунктовых» гонок – маршрут идет от одного населенного пункта до другого. Расстояние между ними может быть разным – от 20-30 до 110 километров. Каждый каюр сам рассчитывает силы – и свои, и собак. Главное – прийти в пункт назначения с нужным запасом времени: чтобы успеть покормить животных и дать им 6 часов на сон, а в 9 утра снова выйти на старт.

«Если начинаешь систематически отставать от графика отдыха собак, тебя снимают с гонки», – говорит Алексей.

Накормить собак после тяжелого гоночного дня, по его словам, задача не из легких. Иногда они настолько устают и перегружаются, что отказываются ужинать. Еще бы: собакам в гонке приходится несладко. Особенно если погода теплая. Во-первых, животные перегреваются. Во-вторых – если наст подтаял, а потом снова замерз, встал иголками – ранят ноги. Никакие тапки не спасают от повреждений.

«Что касается рациона питания собак, то он зависит от кошелька каюра. На Камчатке чем только ездовых не кормят: и медвежьим мясом, и олениной, и рыбой.

Подхожу к одним камчадалам: ‘Парни, угостите изюбрятиной’. ‘Нет, – говорят, – это только собакам’, – смеется наш собеседник. – А в прошлом году местный рыбзавод для гонки выделил килограммов 400 красной икры – собакам, конечно».

Питание каюра – это уже проблема каюра. Как говорит Алексей, есть в дни гонки особенно не успеваешь. Разве что вечером удается поужинать как следует – если успел накормить собак и не валишься с ног от усталости. Все остальные приемы пищи – на ходу.

«Не на всех участках трассы собаки мчатся со скоростью 20 км/час. Бывает, медленно бегут, 5-10 км/час. В этот момент как раз можно на ходу достать еду и термос из нарт и перекусить, – рассказывает Пономарев. – Сейчас многие ездят на разных 'гелях', энергетиках. А я предпочитаю сало. Энергетически мощный продукт. Сало, черный хлеб и монгольский чай – вот и весь перекус».

В прошлом году за время гонки Алексей сбросил 10 килограммов. «Для меня Берингия была не только и не столько спортом, – говорит он. – Я и другие задачи решал. Прошел Камчатку – и по восточному берегу, и по западному. После гонки с товарищами совершил восхождение на Ключевскую сопку. А еще привез в Иркутск с полуострова землю – на могилу погибшему другу, который родом оттуда, с Камчатки».

<p>Камчатка. Ключевская сопка. Фото из личного архива</p>

Камчатка. Ключевская сопка. Фото из личного архива

Гонки по-байкальски

Научиться ездить на собачьих упряжках, по словам нашего собеседника, не так трудно, как кажется. Главное – хорошая физическая форма, выносливость, любовь к собакам и желание учиться. В Иркутске этот спорт в последнее время активно развивается.

«Можно поехать в Листвянку, в Байкальский центр ездового спорта, прокатиться пару раз на ‘байкальских хаски’, которых разводит наш местный каюр Олег Тюрюмин, и понять: ‘Мое или не мое?’, – советует Алексей. – Если ваше – занимайтесь этим. Не обязательно сразу заводить целую упряжку.

Можно начать со скиджоринга (когда гонщик-лыжник передвигается по дистанции с одной-двумя собаками). Тренироваться, бегать, участвовать в соревнованиях».

Зимой, например, проходит линейная гонка по льду Байкала «Baikal Race». Таежные перевалы, крутые спуски, пересеченная местность, байкальский лед – наша природа богата и на красивые виды, и на препятствия.

«В этом году можно было одолеть либо 56, либо 155, либо 500 км. Я прошел среднюю дистанцию. После Камчатки это было не так сложно, хоть байкальский ветер и дал о себе знать. Лицо и пальцы я себе отморозил, – говорит Алексей. – Но это моя вина: нужно было одеваться как следует».

Дальше – Антарктида

Сегодняшнее время вряд ли можно назвать простым для бизнеса: «бездонный» кризис требует ответственных решений. Однако, несмотря на все трудности, бессонницей Алексей Пономарев больше не страдает. И от дальнейших экспедиций своих не отказывается.

Хочет осваивать новые хобби, открывать новые земли. Планирует пройти на яхте весь Байкал – показать детям, в каком прекрасном месте они живут. Отправиться в экспедицию на Шантарский архипелаг… А еще – в Антарктиду.

«Не просто пингвинов сфотографировать, а повторить маршруты Шеклтона, совершить восхождение на гору, помочь исследователям-геологам в работе.

А почему нет? Я считаю, нет ничего невозможного, было бы желание. Все можно сделать и всему научиться».

Анна Масленникова,
Газета Дело

Алексей Пономарев – генеральный директор завода «Алит-тм», почетный строитель России, награжден почетным знаком «Строительная слава».
ООО «Алит-тм» – единственный производитель автоклавного газобетона в Иркутске. Завод занимается производством ячеистых бетонов с 2000 года.

Материалы сюжета "Стиль жизни":
Все материалы сюжета (23)


Архив | О газете | Подписка | Реклама в Газете Дело