Контрафакт без фактов
Что такое ювелирный контрафакт -- вопрос практически философский. Является ли, скажем, контрафактом копия браслета Tiffany, изготовленная по индивидуальному заказу на крупном ювелирном предприятии? Оказывается, что не является: защита авторских прав в ювелирной отрасли не действует, и крупные ювелирные компании охотно берутся за такие заказы, вполне официально отправляя потом копии зарубежных ювелирных изделий на клеймение в отечественные пробирные палаты.
Расположенный неподалеку от Костромы поселок Красное-на-Волге благодаря разоблачительному фильму на одном из центральных телеканалов в начале этого года обрел славу столицы ювелирного контрафакта. Дело в том, что в Красном находится единственное на всю страну специализированное ювелирное училище, благодаря чему Костромская область стала своеобразным ювелирным кластером: в Костроме и Красном производится до трети всей ювелирной продукции в России, а в Красном ювелирных магазинов и магазинов для ювелиров больше, чем гастрономов.
Сами жители села от сомнительной славы своей малой родины не в восторге: миф о множестве надомников -- выпускников местного техникума, которые якобы изготавливают ювелирную продукцию у себя на кухнях и в гаражах по собственной инициативе и по заказу крупных предприятий (те самые пресловутые копии),-- похоже, лишен серьезных оснований. "На дому уже давным-давно никто не работает, наших выпускников с руками отрывают ювелирные фабрики. Дома ничего толком произвести невозможно: нужно много техники, которая ни на одной кухне не поместится, да и потом, как наладить сбыт?" -- поясняет ситуацию директор местного училища Людмила Быстрова.
В местном магазине "Все для ювелира" на вопрос корреспондента "Денег" о том, много ли среди покупателей ювелиров-надомников, продавщица развела руками: "Если бы в селе действительно было развито подпольное производство, то дома и улицы выглядели бы побогаче. Товары и технику у нас покупают только крупные производства и индивидуальные предприниматели".
Эти самые ИП оказались вполне легальными малыми и средними компаниями -- с несколькими десятками сотрудников и красочной рекламой на билбордах вдоль трассы.
Золото на сковороде
Одно из флагманских предприятий в этом ювелирном кластере -- костромская ювелирная фабрика "Топаз", которая была основана в 1992 году как небольшая мастерская. Сегодня "Топаз" входит в число пяти крупнейших предприятий ювелирной промышленности России и изготавливает около 3% всех производимых в нашей стране изделий из золота.
В том, что нелегальное производство ювелирных изделий невозможно уместить у себя на кухне, убедиться довольно легко. Директор по производству завода "Топаз" водит нас по участкам -- цепевязания, родирования, сборки, восковки. Чтобы золото блестело, кольца помещают в специальный аппарат, где они вращаются в щебне из перемолотого грецкого ореха. Становится понятно, почему древние украшения, которые сегодня можно увидеть в музеях, были тусклыми: специальная техника, позволяющая золоту блестеть, появилась лишь в прошлом веке. На одном из участков корреспондент "Денег" замечает электрическую плиту, на которой стоит сковородка с мелкими кусочками золота. "Вообще-то сотрудник должен был поместить золото на просушку в специальную печь, но решил, видимо, сэкономить время. Он у нас металлург",-- как бы извиняется директор по производству.
Весной этого года Минфин подготовил законопроект, касающийся производителей ювелирной продукции. Если он будет принят, не исключено, что за такие отклонения от производственной нормы, как сушка золота на сковородке, предприятие будут наказывать. Законопроект предполагает создание федеральной службы по контролю и надзору в сфере оборота драгоценных металлов и драгоценных камней, которая была бы вправе осуществлять внеплановые проверки без санкции прокуратуры по самым различным и неформализованным основаниям, в том числе останавливать производственный цикл.
Кроме того, законопроект предполагает введение режима постоянного контроля на отдельных ювелирных предприятиях. "Функции государственных контролеров будут дублировать функции производственного менеджмента предприятий",-- считают в Гильдии ювелиров России. По мнению представителей отрасли, налицо избыточное административное регулирование, а государственные расходы на содержание таких контролеров могут составить десятки миллионов рублей ежегодно.
Легализация контрабанды
Объем контрафактной продукции на ювелирных прилавках эксперты оценивают по-разному -- от 15% (по данным Пробирной палаты Минфина) до 40% (по заявлениям МВД).
Один из бывших топ-менеджеров крупного столичного ювелирного производства, пожелавший остаться неназванным, считает инициативу в целом правильной, но одновременно отмечает, что расширяющиеся полномочия прописаны очень общими терминами, без конкретики, а это обязательно приведет к коррупции и злоупотреблениям.
В Гильдии ювелиров настаивают на том, что контрафактные ювелирные изделия появляются непосредственно в точках продаж, минуя российские производства. "Почему власти планируют вводить новый контроль на предприятиях, когда розничные магазины по закону проверяют примерно раз в три года?" -- недоумевают отраслевые лоббисты.
Основная проблема развития отрасли связана с неопределенной позицией государства по отношению к производителям ювелирной продукции. Последние, с одной стороны, действуют в рамках общей конкурентной среды, с другой -- ограничены множеством контролирующих и ограничивающих норм. В первую очередь -- обязанностью клеймить всю продукцию в Пробирной палате, возможности которой не соответствуют требованиям рынка.
Потребность в клейме
"В настоящее время ювелиры выпускают не столько продукции, сколько требует рынок, а столько, сколько может пропустить через себя Пробирная палата",-- сетует председатель Координационного совета по развитию ювелирной отрасли в России, председатель совета директоров ООО ""Адамас", столичный ювелирный завод" Андрей Сидоренко.
Производители утверждают, что им не дают работать на полную мощность: вместо поддержки и организации, например, особых зон для развития ювелирки государство предлагает ужесточить контроль. И настаивают на том, что нужно больше организаций с правом клеймения (сейчас пробирных палат на всю страну всего 20), а государству необходима совместная программа с организациями по правам потребителей для контроля ритейлеров.
От разработчиков законопроекта на одном из круглых столов, посвященных проблеме, выступил руководитель Пробирной палаты России Александр Маркин. Начал он с того, что в новом законопроекте отменено пробирование изделий на экспорт и изделий из серебра до 3 г -- этого многие годы добивались представители отрасли.
Своего рода реверансом в сторону производителей стало предложение Минфина отменить обязательную перевозку драгоценных металлов, камней и изделий из них специальным транспортом и под вооруженной охраной (особый режим перевозки и хранения драгоценностей прописан в федеральном законе "О драгоценных металлах и драгоценных камнях"). Освободившиеся ресурсы игроки рынка могут направить на снижение цен.
Вообще, по мнению собеседника "Денег", работавшего ранее в ювелирной отрасли, для осложнения жизни тем, кто пытается продавать сделанное за границей (как правило, в Турции и Китае) как произведенное в России, вполне достаточно было бы ввести единый стандарт лигатуры -- добавки неблагородного металла в ювелирных изделиях из драгметаллов. В таком случае производить украшения за границей стало бы просто невыгодно, да и мало кто из турецких или китайских производителей согласился бы идти на подделку этой самой лигатуры.
Впрочем, практика показывает, что государство чаще заинтересовано в расширении своих контрольных функций, чем в упрощении процедур.
SIA.RU: Главное
