Владислав Силаев, старший трейдер УК «Альфа-Капитал»:
За минувшие сутки российский рубль продемонстрировал разнонаправленную динамику. 28 июля, в вторник, рубль умеренно подешевел в основных валютных парах на фоне заметного падения мировых цен на нефть второй день подряд после приостановки ударов США по Ирану. Однако падение рубля было ограниченным благодаря завершающемуся налоговому периоду, стимулирующему продажу валютной выручки экспортёрами.
Утром 28 июля на межбанке доллар торговался на уровне 78,16 руб. (+0,13, +0,18%), евро на отметке 89,10 руб. (+0,417, +0,47%), а юань на уровне 11,57 руб. (+0,0112, +0,10%).
В то же время 28 июля Банк России установил официальный курс доллара США в размере 78,0172 руб., что на 1,36 коп. ниже предыдущего значения. Курс евро был снижен на 13,25 коп. – до 88,7602 руб. Курс китайского юаня, напротив, был повышен на 1,93 коп. – до 11,5218 руб.
На международных рынках доллар во вторник удерживался на месячном максимуме, поскольку трейдеры оценивали небольшую, но сохраняющуюся вероятность повышения ставки на предстоящем заседании ФРС, даже несмотря на то, что падающие цены на нефть ослабили опасения по поводу инфляции.
Нефтяной фактор был и остается центральным драйвером валютных движений в отчётный период. После приостановки ударов США по Ирану за выходные, нефтяные цены продолжили резкое падение второй день подряд, что оказало немедленное давление на рубль. Несмотря на приостановку ударов, Иран сделал заявление, которое изменило рыночные ожидания. Официальный Тегеран заявил, что по-прежнему контролирует Ормузский пролив и не стремится возобновлять мирные переговоры с Соединёнными Штатами.
Официальный представитель МИД Ирана Исмаил Багаи заявил в прямом эфире иранского гостелевидения, что Иран на данный момент не ведёт никаких переговоров с США. «Иран не просил возобновлять переговоры с США, и ситуация в Ормузском проливе не изменилась», — заявил Багаи. Это заявление оказало поддерживающее влияние на нефтяные цены, ограничив их дальнейшее падение, и создало дополнительную неопределённость для валютного рынка. Рынок осознал, что перемирие остаётся хрупким, а геополитическая премия может вернуться в любой момент.
Ситуация на Ближнем востоке влияет и на еврозону. Так, член Совета управляющих Европейского центрального банка Петер Казимир заявил, что ЕЦБ придётся повысить процентные ставки по крайней мере ещё один раз, чтобы гарантировать, что риски инфляции не выйдут из-под контроля.
Казимир указал, что даже если ситуация на Ближнем Востоке немного улучшится, необходимость в ужесточении денежно-кредитной политики сохранится. При этом он отметил, что если боевые действия усилятся, может потребоваться дальнейшее повышение ставок. Это заявление оказало укрепляющее воздействие на евро на международных рынках. Евро вырос на 0,2% до 1,1397 долл., а относительно фунта стерлингов евро подорожал на 0,11%.
Интересная ситуация складывается вокруг британского фунта. Новый премьер-министр Энди Бернем вступил в должность 20 июля. Его администрация намерена сохранить прежний курс на поддержку финансового сектора. Министр финансов Джон Хили сохранил нескольких казначейских министров, работавших при его предшественнице Рейчел Ривз, что сигнализирует о преемственности политики в отношении финансовых услуг. Однако главная интрига – это источники финансирования реформ по снижению стоимости жизни. Есть риск, что новому правительству придётся пойти на изменения в налоговом законодательстве.
Банк Англии проведёт заседание по денежно-кредитной политике в четверг, 30 июля. Все 70 экономистов, опрошенных Reuters, ожидают, что Банк Англии сохранит ставку без изменений на уровне 3,75%. Резкое падение нефти ослабило опасения по поводу энергетической инфляции и снизило ожидания дальнейшего ужесточения политики Банка Англии.
В обычных условиях снижение ожиданий по ставке – это негативный фактор для валюты. Однако фунт вырос, а не упал. Вероятно, рынок закладывал два повышения ставки Банка Англии по 25 базисных пунктов до конца года – примерно 35–50 базисных пунктов. Однако это ценообразование было построено не на сильном внутреннем спросе, а на стоимости нефти выше 100 долл. за баррель.
Соответственно, когда нефть обвалилась, ставки по британским гособлигациям упали, но сам фунт вырос, потому что рынок воспринял снижение инфляционных рисков как позитив для экономического роста Великобритании.
SIA.RU: Главное
