Российские граждане — кто на своем, а кто и на чужом опыте — давно поняли: финансовые пирамиды крайне рискованный аттракцион. Однако между откровенно криминальными и мошенническими схемами и цивилизованным финансовым рынком нет четкой границы

Российские граждане — кто на своем, а кто и на чужом опыте — давно поняли: финансовые пирамиды крайне рискованный аттракцион. Однако между откровенно криминальными и мошенническими схемами и цивилизованным финансовым рынком нет четкой границы. "Деньги" попытались представить собственный классификатор "серого" рынка — рискованного и слаборегулируемого.

Вопрос — как может выглядеть классификатор российского рынка "серых" финансовых услуг — поначалу не на шутку озадачил опрошенных нами банкиров. Собственно, первое из возможных определений того, что такое "серый" рынок: сектор, где очень легко наткнуться на мошенничество. Второе определение: сфера легальных операций, вроде бы одобренных государством, но практически нерегулируемых.

Впрочем, даже совершенно "белые" компании — банки, крупные негосударственные пенсионные фонды и др.— в последнее время с завидной регулярностью попадают в нелицеприятные истории.

Буквально месяц назад Агентство по страхованию вкладов (АСВ) отчиталось о выплате вкладчикам 15 млрд руб. из страхового фонда по итогам 2010 года (в три раза больше чем годом ранее). ЦБ публично посетовал на криминальный форс-мажор в виде банков Матвея Урина. А первый зампред ведомства Геннадий Меликьян выступил с инициативой — переложить часть ответственности за выбор банка на вкладчиков, то есть гарантировать не 100%, а, скажем, лишь 90% вклада.

В начале июня Пенсионный фонд России (ПФР) расторг в одностороннем порядке свои трансферагентские соглашения с несколькими крупнейшими негосударственными пенсионными фондами (НПФ) — "Норильским никелем", "Благосостоянием" и фондом "Ренессанс жизнь и пенсии". Поводом для этой беспрецедентно жесткой меры послужили жалобы застрахованных на незаконный перевод накопительной части их пенсий под управление компаний. Суровое решение ПНФ стало основанием для многочисленных спекуляций о его истинных причинах: от подготовки к новой пенсионной реформе, сворачивающей накопительное страхование в его нынешнем виде, до планируемого перехода управления накоплениями в руки лиц, которым партия и правительство более склонны доверять управление большими деньгами.

Экс-глава ФСФР Владимир Миловидов в газете "Ведомости" недавно назвал потрясающую цифру — 30% лицензированных компаний не осуществляют какой-либо деятельности на рынке ценных бумаг. Это не однодневки, но работают они по похожему принципу. Регуляторы их замечают, либо когда уже инвесторы все потеряли, либо когда между ними начинается перераспределение полномочий.

Классика жанра

Собеседники "Денег" поделили весь "серый" финансовый рынок на три основных направления: квазибанковские услуги кредитных организаций, розничный рынок Forex и аналоги регулируемого сектора доверительного управления средствами. Сразу подчеркнем, что их деятельность сама по себе не связана с какими бы то ни было правонарушениями. Но по ряду причин именно в этих сегментах финансисты увидели потенциальных героев "серого" классификатора.

Сам классификатор выстраивался по принципу — "чем дальше в лес, тем больше дров", по градациям оттенков "серого". На первом месте оказались самые "белые": ломбарды, микрофинансовые организации и кредитные потребительские кооперативы (КПК).

"КПК заключают с гражданами договор займа, берут у них деньги, причем занимают их под очень хороший процент — 20-35%,— объясняет принцип работы кооперативов управляющий южной дирекции юридической фирмы Vegas Lex Максим Григорьев.— Далее кредитуются другие члены кооператива, но им КПК дает взаймы уже по более высоким процентным ставкам". Ряд компаний используют залоговые схемы, другие нет. Получается, по сути, квазибанковская структура.

Деятельность этих организаций регулируется специально принятыми для них федеральными законами, но регулятора у них пока еще нет. Минфин в срочном порядке готовит всю нормативную базу, в соответствии с которой, как планируется, таким регулятором станет ФСФР.

"Кредитных кооперативов у нас в стране 2700? Или 3500? Подождите, не помню точно",— по телефону голос генерального директора Лиги кредитных союзов Александра Соломкина кажется усталым. В трубке слышится шелест бумаг. Выясняем — кооперативов в стране 2700. Спрашиваем, как продвигается регистрация СРО, в которые все кооперативы должны вступить с 1 августа 2011 года. "Насколько нам известно, приказ о реестре СРО кооперативов подписан Кудриным, но еще не зарегистрирован в Минюсте",— отвечает Соломкин.

СРО КПК должны будут сформировать компенсационные фонды по аналогу АСВ (не меньше 0,2% от среднегодовых активов кооперативов).

Степень "серости" (или риска) сектора квазибанковского кредитования можно попробовать оценить, исходя из списка, который ежегодно публикует ФСФР. В перечне организаций, чья деятельность "имеет признаки построения финансовых пирамид", на долю КПК приходится 20 из 47 компаний. 

Но основные вопросы — это регулятор (понятно, кому жаловаться), СРО (страховка) и поправки к закону о банкротстве. Требования кредиторов по личным сбережениям будут погашаться в первую очередь в размере до 700 тыс. руб. Получается, что, как только появится новое законодательство, это резко повысит привлекательность всего сектора. Но пока его "серость" и риск — 50 на 50%.

Валютные воины

У розничного рынка Forex в России репутация плохая. В классификаторе "серых" услуг финансисты настойчиво рекомендовали найти FX-компаниям "правильное место".

Следует подчеркнуть, что действия интернет-трейдеров, FX-компаний и дилинговых центров, которые предлагают частным инвесторам доступ на международный валютный рынок Forex или на зарубежные рынки акций NYSE и NASDAQ, легальны. Другое дело, что они зарегистрированы как учебные центры и формально предоставляют лишь консалтинговые и информационные услуги.

"FX-компании в подавляющем большинстве случаев — это обман,— озвучивает распространенную на рынке точку зрения председатель правления НАУФОР Алексей Тимофеев.— Они имитируют операции, связанные с валютным и деривативным рынками. Два элемента — большое плечо, которое для самой FX-компании в отличие от ее клиента представляет собой не деньги, а арифметическое действие, и произвольные котировки валюты — оставляют клиентам шанс заработать не больший, чем при игре на "одноруком бандите"".

В целом сама структура таких компаний в России, да и не только, не совсем понятна: деятельность FX-брокеров в России не регулируется, капитал неизвестен и обязательств перед клиентом они не несут. "Добавьте к этому то, что такие компании обычно расположены за рубежом, например в Новой Зеландии,— говорит Алексей Тимофеев,— и вы сможете сделать необходимые выводы".

"FX-компании и ДЦ зарегистрированы в России как учебные центры,— объясняют представители сектора Forex.— В случае если клиент хочет торговать на Forex, он заключает договор не с нами, а с брокером, зарегистрированным в западной юрисдикции. Когда клиент переводит деньги, ему предоставляется доступ к личному торговому счету. После этого он может совершать все торговые операции.

Азарт и ожидание быстрого обогащения на рынке Forex для большинства мелких игроков оборачиваются разочарованием и потерей денег.

Лет пять-семь назад бизнес FX-компаний особого внимания ни регуляторов, ни других профучастников рынка не привлекал. ФСФР поглядывала на этот рынок, но особенных причин для беспокойства не видела. Время от времени звучали просьбы профессиональных участников рынка ценных бумаг запретить деятельность FX-компаний. Но в первую очередь настаивали на этом конкуренты ДЦ — лицензированные брокеры, ориентированные на работу с розничными клиентами.

Но сейчас этот рынок достиг таких масштабов (сами FX-компании оценивали его в конце прошлого года почти в $500 млрд, для сравнения — оборот российского фондового рынка в прошлом году был всего раз в 20 больше), что за этот "кусок пирога" возникла нешуточная борьба. Услуги для розничных клиентов Forex наперебой теперь предлагают банки, включая Альфа-банк и ВТБ 24. В последнем, к примеру, клиент может открыть счет от $2 тыс. и торговать с плечом, достигающим уровня 1 к 100. Но банки, в отличие от FX-брокеров и ДЦ, как раз могут похвастаться лицензией ЦБ РФ на проведение валютных операций. Все остальные ждут вердикта ФСФР, которая рассматривает возможность сделать этот рынок саморегулируемым.

Крупнейшие игроки розничного FX-рынка выступают сейчас инициаторами СРО. Участники СРО будут обязаны соблюдать требования нормативов достаточности капитала, раскрывать информацию и формировать за счет взносов компенсационный фонд (аналог АСВ). Но пока этого нет, а клиентам в случае спора придется разбираться с компаниями Кипра, Гонконга, США и т. п., "серость" Forex финансисты оценивают почти в 90%.

В 80-х годах известный перуанский исследователь и основатель Института свободы и демократии (Instituto Libertad y Democracia — ILD) Эрнандо де Сото предложил интересную интерпретацию понятия "неформального сектора" развивающихся экономик. Под "неформальной" де Сото подразумевал деятельность за пределами либо на грани существующих правил. И утверждал, что представители именно "неформальной", теневой экономики работают по рыночным, конкурентным принципам и являются основой национального роста той или иной страны, в то время как легальные, то есть регулируемые сектора только препятствуют ему за счет бюрократизации и лишних издержек от регулирования.

Этот подход вызвал массу дискуссий и споров, однако критики де Сото соглашались с ним в том, что любая "неформальность" является следствием противоречивых действий со стороны государства. И это отлично соотносится с тем, что происходит на финансовом рынке в России.

Если вы все же решаетесь вкладывать деньги в сферу, где регулирование ограничивается общими рамками Гражданского кодекса, имейте в виду: никакое государство даже формально не обязано защищать ваши интересы. Все инвестиции — строго на собственный страх и риск. 

МАРИЯ ГЛУШЕНКОВА