Еще не завяли подаренные на 8 Марта розы-мимозы, а тут и российские феминистки получили подарок: Владимир Путин предложил в качестве главы Банка России женщину -- Эльвиру Набиуллину. Если Госдума вдруг не продемонстрирует строптивость, именно она придет на смену Сергею Игнатьеву и станет 13-й женщиной среди 190 председателей центробанков.
Справедливости ради надо, конечно, оговориться, что в куда большей степени этот подарок получили мужчины. В России все же именно они -- подавляющее большинство среди тех, кто принимает решения, распоряжается деньгами, интересуется деловыми новостями. Да и работать с Эльвирой Сахипзадовной в основном тоже им.
Здесь, кстати, ни интриги, ни проблем. За 20 лет карьеры чиновника будущая глава ЦБ доказала и огромную работоспособность, и умение находить компромиссы, многократно подтвердила и аналитические, и управленческие таланты. В общем, в том, что бывшие и будущие коллеги, экспертное и банковское сообщество, хором назвали ее достойным кандидатом, нет ни грамма комплимента.
Зато есть как минимум три другие -- хотя и в изрядной степени взаимосвязанные -- интриги. Во-первых, почему выбор Владимира Путина пал именно на эту кандидатуру? Во-вторых, какие именно из стоящих перед ЦБ задач окажутся приоритетом Набиуллиной? И в-третьих, каких результатов ее деятельности стоит ждать и насколько быстро?
Хорошо спланированная неожиданность
С полгода назад один из собеседников "Денег", бывший высокопоставленный чиновник, на вопрос, кого поставят на место Игнатьева, уверенно, без тени сомнения пожал плечами: "Набиуллину, кого ж еще?" Вынуждены признаться, недооценили его прозорливость, информированность или просто догадливость.
Тем более что появлявшиеся в последний месяц-два "шорт-листы" кандидатов уверенно говорили об обратном.
Большинство их фигурантов довольно четко ассоциировалось с теми или иными ожиданиями будущей политики ЦБ, и их назначение означало бы больше чем выбор персоналии -- уступку тем или иным группам интересов.
Первая группа -- действующие функционеры ЦБ во главе с первым зампредом Банка России Алексеем Улюкаевым. Упоминались и другие зампреды и директора департаментов, но реже. Такое решение означало бы подчеркнутую преемственность политики, продолжение курса на "независимость с оглядкой".
Вторая -- нынешние главы госбанков. В списках обычно фигурировали глава ВТБ Андрей Костин, глава ВТБ24 Михаил Задорнов, гораздо реже -- глава Сбербанка Герман Греф, совсем редко -- глава ВЭБа Владимир Дмитриев или один из его замов. Это могло бы означать курс на усиление доминирования госбанков в финансовой сфере, государства -- в экономике, а заодно и окончательно склонившуюся в сторону "капитализма для друзей" чашу весов.
Третья -- бывшие чиновники-экономисты, работающие в частном или некоммерческом секторе. Среди них бывший министр финансов, а ныне глава Комитета гражданских инициатив Алексей Кудрин (сколько бы он ни говорил, что отказался), сменивший множество высоких должностей в правительстве, ЦБ и частном секторе Олег Вьюгин и куда менее известная широкой публике, но весьма уважаемая в профессиональных кругах фигура -- Андрей Бугров, заместитель гендиректора компании "Интеррос", а до того многолетний директор Всемирного банка от России. Ставка на любого из них, скорее всего, означала бы подчеркивание курса на независимость ЦБ, со значительной вероятностью -- на быстрое снижение инфляции до принятых в цивилизованном мире 2-3%, а также шанс на решительный бой полукриминальным схемам.
Наконец, четвертая группа -- неожиданные кандидаты. Самая любопытная фигура среди них -- действующий глава Нацбанка Казахстана Григорий Марченко.
Банк поставленных задач
Большинство участников неформального кастинга ничего похожего на программные заявления не делали. Исключение составили трое. Алексей Улюкаев "по должности" периодически выступает с разъяснением позиции ЦБ, и несмотря на все возрастающую загадочность его высказываний, перевести их на русский язык довольно просто: все будет так, как сочтут нужным ЦБ и Кремль. Алексей Кудрин опубликовал очередную статью в "Вопросах экономики", в которой в очередной раз обосновал необходимость придерживаться бюджетного правила, сберегать часть нефтегазовых доходов. Кроме того, он пугал возможностью всплеска инфляции аж до 15%. Ну и резко нарастил -- еще до номинации в "шорт-лист" -- публичную активность Сергей Глазьев.
Сама Эльвира Набиуллина в последние месяцы публичности избегала. Более того, обсуждения денежно-кредитной и уж тем более надзорной политики она избегала и раньше. Ее высказывания на эту тему в бытность министром экономики, да и раньше, крайне редки и демонстративно обтекаемы. Поэтому о позиции Набиуллиной в отношении политики ЦБ пока можно судить лишь на основании двух принципов. Во-первых, по аналогии: в отношении реального сектора она более или менее последовательно отстаивала принцип "поддерживать жизнеспособное". Во-вторых, судить о ней как о менеджере: в прошлом ей удавалось довольно эффективно делегировать полномочия, а также заработать репутацию руководителя, который умеет и выслушивать коллег, и отстаивать свое мнение.
Впрочем, номинация не означает автоматического назначения. Теоретически депутаты Госдумы могут и добиваться от Набиуллиной четких ответов на вопросы, что она собирается делать, и даже отвергнуть ее кандидатуру. Нетрудно и предсказать, что (в нормальной жизни) должно интересовать парламент. Условно эти вопросы можно разбить на шесть групп.
Текущие 7,3% процента инфляции -- явно много. Особенно после 21 года разговоров о необходимости макроэкономической стабилизации. Когда и как ЦБ все же добьется желанных 3-4%? И на какое укрепление курса рубля -- пусть не в номинальном, а в реальном выражении -- согласится?
20% годовых по кредитам промпредприятиям -- по сути, запретительный уровень для финансирования долгосрочных проектов. 12-15% по ипотеке лишают большинство граждан возможности даже задумываться об улучшении жилищных условий, а строителей -- части возможностей расширения. На какой компромисс с промышленным лобби способен ЦБ? Как совместить гипотетическое смягчение денежно-кредитной политики с задачей снижения инфляции?
В управлении ЦБ более $500 млрд резервов -- доходность этих активов, мягко говоря, оставляет желать лучшего, хотя и соответствует консервативной стратегии. Рискнет ли новый глава ЦБ заработать на них больше?
Одна из вещей, которыми могла бы гордиться команда уходящего Игнатьева,-- более или менее выстроенная система более или менее современного банковского надзора. Впрочем, как показывают регулярно вспыхивающие скандалы, связанные то с тотальной фальсификацией отчетности, то с зашкаливающей долей сомнительных операций у отдельных банков, то, наоборот, с попытками ЦБ притормозить рост вполне здоровых, но избыточно агрессивных частных банков, она далека от идеала. Кому человек почти без опыта в банковской сфере готов доверить это специфическое направление?
Создание мегарегулятора на первый взгляд задача чисто административная и явно посильная столь опытному управленцу, как Набиуллина. Впрочем, одним механическим слиянием здесь не обойдешься, западные аналитики не раз называли штат ЦБ РФ самым раздутым в мире.
И наконец, загадка, которую загадал сам Игнатьев. Проблема, с которой он не справился, из-за которой был убит его заместитель Андрей Козлов,-- сомнительные операции, "серые" схемы, обналичка. Сможет ли эта хрупкая женщина дать решительный бой криминальному банкингу, выстоять против его высокопоставленных покровителей, а заодно перенаправить в бюджет сотни миллиардов, а то и триллионы налоговых рублей?
Вероятнее всего, Госдума не будет настаивать на четких ответах на эти вопросы, удовлетворится главным -- тем, что кандидату на пост главы ЦБ доверяет президент. Вопроса же о том, способна ли госпожа Набиуллина сказать Путину "нет", не на словах, а на деле отстаивать закрепленную законом независимость Центробанка, "Деньги" даже не ждут.
SIA.RU: Главное
