В то время как мировые центробанки вынуждены закручивать гайки, чтобы остановить инфляцию, Россия проводит самостоятельную политику. Наталья Мильчакова, ведущий аналитик Freedom Global, объясняет, почему глобальный кризис обходит нас стороной и как это влияет на стоимость денег.
Глобальный тренд: борьба с дорогим топливом
Блокировка Ормузского пролива и взлет цен на нефть заставили регуляторов действовать жестко:
- ЕЦБ: Поднял ставку до 2,4%, чтобы предотвратить обвал экономики из-за падения спроса.
- Резервный банк Австралии (РБА): Дважды повышал ставку с начала года, доведя её до 4,35%. Следующее заседание — 16 июня.
- Банк Японии: Угроза энергокризиса заставляет его готовиться к повышению ставки до 1% 16 июня и до 1,25% к концу года.
Исключения и аномалии
Не все готовы бороться с инфляцией. Резервный банк Индии (5,25%) и Банк Канады (2,25%) сохранили ставки. А ЦБ Турции держит ставку на экстремальном уровне в 37% при хронически высокой инфляции. До конца июня решения по ставкам примут ФРС США (17 июня), Банк Англии и Нацбанк Швейцарии (18 июня), но аналитики ждут сохранения статус-кво.
Российский парадокс: нефть не разгоняет инфляцию
В отличие от остального мира, в России инфляция замедляется, и этот процесс не зависит от цен на нефть. Как крупнейший экспортер, чьи поставки не зависят от ситуации в Ормузском проливе, Россия имеет «иммунитет» к этому шоку.
«Это дает России возможность проводить самостоятельную монетарную политику с курсом на ее смягчение. Прогнозируем, что ЦБ РФ уменьшит свою ставку до 14% годовых», – резюмирует Наталья Мильчакова.
SIA.RU: Главное
