Социологи ВЦИОМа признали отставку Юрия Лужкова главным политическим событием 2010 года. С ними трудно не согласиться. Однако бурные события, связанные с увольнением господина Лужкова, стали финалом целой череды губернаторских отставок, случившихся в ушедшем году. Всего было принято 35 кадровых решений, 18 глав регионов были сняты с работы, 17 сохранили посты.
Приблизительное равенство уволенных и неуволенных -- сугубо статистическое. С должностей и по большому счету из политики убрано целое поколение глав регионов, явно или тайно оппонировавших Кремлю и в 1990-е, и в нулевые. Минтимер Шаймиев, Муртаза Рахимов, Юрий Лужков, Николай Федоров были не просто полновластными хозяевами в своих регионах, но и политиками федерального уровня. В 1990-е годы это выглядело более очевидно, однако и в нулевые, несмотря на потерю институциональных возможностей влиять на федеральную политику, они были уверены в своем праве если не диктовать свою волю центру, то по крайней мере достаточно громко высказывать недовольство теми или иными решениями Кремля. Политическая самодеятельность вызывала у федерального центра особенное раздражение, поскольку в нулевые годы было признано, что политиком может быть только тот, кого назначили в Кремле.
При этом господ Лужкова, Рахимова, Шаймиева и других их коллег ни в коем случае нельзя назвать оппозиционерами: все они состояли в "Единой России" и исправно приносили ей нужный процент на федеральных и региональных выборах. Нет сомнений в том, что и в 2011-2012 годах показатель проголосовавших "правильно" был бы в этих регионах на прежнем уровне.
Однако в Кремле было принято решение обновить губернаторский корпус. В ряде случаев дело прошло мирно: в Татарии, Чувашии и Калмыкии президенты сдали полномочия, по сути, своим преемникам.
Юрий Лужков вступил в открытое противостояние с федеральным центром и, по сути дела, был с треском выгнан. К этому моменту он оставался чуть ли не последним представителем своего поколения и опереться ему было не на кого. Политическое одиночество некогда могущественного столичного мэра стало лишним доказательством того, что Кремль победил не какого-то отдельного руководителя субъекта федерации, а целое политическое течение. Поколение старых региональных князей ушло.
Теперь перед Кремлем стоит куда более трудная задача: добиться того, чтобы его назначенцы работали эффективнее прежнего поколения региональных руководителей, а лояльность не стала бы синонимом беспомощности.
Александр Трифонов
Приблизительное равенство уволенных и неуволенных -- сугубо статистическое. С должностей и по большому счету из политики убрано целое поколение глав регионов, явно или тайно оппонировавших Кремлю и в 1990-е, и в нулевые. Минтимер Шаймиев, Муртаза Рахимов, Юрий Лужков, Николай Федоров были не просто полновластными хозяевами в своих регионах, но и политиками федерального уровня. В 1990-е годы это выглядело более очевидно, однако и в нулевые, несмотря на потерю институциональных возможностей влиять на федеральную политику, они были уверены в своем праве если не диктовать свою волю центру, то по крайней мере достаточно громко высказывать недовольство теми или иными решениями Кремля. Политическая самодеятельность вызывала у федерального центра особенное раздражение, поскольку в нулевые годы было признано, что политиком может быть только тот, кого назначили в Кремле.
При этом господ Лужкова, Рахимова, Шаймиева и других их коллег ни в коем случае нельзя назвать оппозиционерами: все они состояли в "Единой России" и исправно приносили ей нужный процент на федеральных и региональных выборах. Нет сомнений в том, что и в 2011-2012 годах показатель проголосовавших "правильно" был бы в этих регионах на прежнем уровне.
Однако в Кремле было принято решение обновить губернаторский корпус. В ряде случаев дело прошло мирно: в Татарии, Чувашии и Калмыкии президенты сдали полномочия, по сути, своим преемникам.
Юрий Лужков вступил в открытое противостояние с федеральным центром и, по сути дела, был с треском выгнан. К этому моменту он оставался чуть ли не последним представителем своего поколения и опереться ему было не на кого. Политическое одиночество некогда могущественного столичного мэра стало лишним доказательством того, что Кремль победил не какого-то отдельного руководителя субъекта федерации, а целое политическое течение. Поколение старых региональных князей ушло.
Теперь перед Кремлем стоит куда более трудная задача: добиться того, чтобы его назначенцы работали эффективнее прежнего поколения региональных руководителей, а лояльность не стала бы синонимом беспомощности.
Александр Трифонов
SIA.RU: Главное
