Венесуэла намерена национализировать золотодобывающую промышленность. Об этом вчера заявил президент страны Уго Чавес. "Мы собираемся национализировать золото, чтобы конвертировать его среди прочих вещей в наши международные резервы, поскольку золото продолжает расти в цене",-- пояснил президент Венесуэлы. С начала года на фоне ослабления мировой экономики золото подорожало на треть. Вчера, например, унция металла в очередной раз установила исторический максимум, перевалив за отметку $1,82 тыс. (см. материал на этой полосе).
Объемы добычи Венесуэлы относительно невелики. По данным правительства, совокупный ее объем составляет 4,3 тонны в год, размер золотовалютного резерва страны -- 366 тонн. Например, крупнейшая российская компания "Полюс Золото" в год добывает в девять раз больше. Между тем национализация золотодобывающей промышленности Венесуэлы может поставить под сомнение реализацию проектов канадской компании с российским капиталом -- Rusoro Mining.
Rusoro ежегодно добывает около 100 тыс. унций золота (примерно 65% от общего объема добычи Венесуэлы). Rusoro -- единственная крупная золотодобывающая компания в Венесуэле. Компания создана российским бизнесменом Владимиром Агаповым, который, по словам близкого к нему источника "Ъ", начинал свой бизнес в этой стране с добычи каолина (используется в производстве фарфора).
В России Rusoro стала известна в 2008 году, когда в ходе визита вице-премьера Игоря Сечина в Венесуэлу компания получила права на одно из крупнейших в мире месторождений золота -- Las Cristinas.
Будут ли сейчас возвращены Венесуэле действующие проекты Rusoro, пока неизвестно. Получить комментарии в администрации Уго Чавеса "Ъ" вчера не удалось. Андрей Агапов уверен, что вчерашнее заявление Уго Чавеса Rusoro не касается, по его словам, речь шла о борьбе с мафией в золотодобывающем бизнесе -- "наш бизнес на 100% легален, все недра и так принадлежат государству".
Национализация золотодобывающего сектора -- продолжение политики Уго Чавеса по национализации природных ресурсов, считает заместитель главы российско-венесуэльского делового совета Владимир Семаго. Но о достижении экономического эффекта в данном случае речи не идет -- "это чисто политическая акция в преддверии выборов". По мнению аналитика IHS Global Insight по Латинской Америке Диего Мойя-Окампос, "это также может быть жестом защиты активов Венесуэлы за рубежом от возможных решений арбитражных судов" по искам компаний, пострадавших от национализации. "Сейчас правительство планирует выплатить компенсации, но оно может изменить свои планы из-за финансовых проблем",-- считает аналитик.
Объемы добычи Венесуэлы относительно невелики. По данным правительства, совокупный ее объем составляет 4,3 тонны в год, размер золотовалютного резерва страны -- 366 тонн. Например, крупнейшая российская компания "Полюс Золото" в год добывает в девять раз больше. Между тем национализация золотодобывающей промышленности Венесуэлы может поставить под сомнение реализацию проектов канадской компании с российским капиталом -- Rusoro Mining.
Rusoro ежегодно добывает около 100 тыс. унций золота (примерно 65% от общего объема добычи Венесуэлы). Rusoro -- единственная крупная золотодобывающая компания в Венесуэле. Компания создана российским бизнесменом Владимиром Агаповым, который, по словам близкого к нему источника "Ъ", начинал свой бизнес в этой стране с добычи каолина (используется в производстве фарфора).
В России Rusoro стала известна в 2008 году, когда в ходе визита вице-премьера Игоря Сечина в Венесуэлу компания получила права на одно из крупнейших в мире месторождений золота -- Las Cristinas.
Будут ли сейчас возвращены Венесуэле действующие проекты Rusoro, пока неизвестно. Получить комментарии в администрации Уго Чавеса "Ъ" вчера не удалось. Андрей Агапов уверен, что вчерашнее заявление Уго Чавеса Rusoro не касается, по его словам, речь шла о борьбе с мафией в золотодобывающем бизнесе -- "наш бизнес на 100% легален, все недра и так принадлежат государству".
Национализация золотодобывающего сектора -- продолжение политики Уго Чавеса по национализации природных ресурсов, считает заместитель главы российско-венесуэльского делового совета Владимир Семаго. Но о достижении экономического эффекта в данном случае речи не идет -- "это чисто политическая акция в преддверии выборов". По мнению аналитика IHS Global Insight по Латинской Америке Диего Мойя-Окампос, "это также может быть жестом защиты активов Венесуэлы за рубежом от возможных решений арбитражных судов" по искам компаний, пострадавших от национализации. "Сейчас правительство планирует выплатить компенсации, но оно может изменить свои планы из-за финансовых проблем",-- считает аналитик.
SIA.RU: Главное
