Роджер Бутл гордится тем, что его называют «современным Нострадамусом», тем более что прозвище это он заслужил. Так, в 1999 году он предсказал крах доткомов, а в 2003-м — крушение ипотечного рынка по всему миру как доказательство несовершенства глобальной финансовой системы. Сегодня же он предрекает неизбежный распад еврозоны. О том, как эксперт представляет себе развал монетарного союза, рассказывает корреспондент журнала Fortune Шон ТАЛЛИ.
Всю свою жизнь Бутл занимался скрупулезным изучением финансовых рынков. В прошлом он преподавал в Оксфорде, работал старшим экономистом в HSBC, а ныне возглавляет консалтинговую фирму Capital Economics в Лондоне. Выходец из семьи простого социального работника, этот лысоватый человек в очках управляет компанией из своего кабинета в особняке XIX столетия, и за советом к нему обращаются крупнейшие банки и хедж-фонды со всего мира — от Нью-Йорка до Пекина. Уверенный в своих рекомендациях на службе, вне работы он рисковать не любит — разве что «отрывается» на королевских скачках в Аскоте, ставя на кон «5—10 фунтов, чтобы сделать приятное организаторам».
Однако сегодня Бутл поставил на кон свою профессиональную репутацию, решительно утверждая, что распад еврозоны — во всяком случае частичный — неизбежен. Этот долгосрочный процесс затронет всю мировую экономику и глобальные финансовые рынки и повлечет за собой неотвратимые изменения для евровалюты (которая сейчас в ходу в 17 государствах, чей совокупный ВВП составляет одну восьмую часть общемирового внутреннего валового продукта).
Еще в июле текущего года эксперт выиграл престижную премию Wolfson Economic Prize за лучший ответ на вопрос «Как лучше управлять экономикой еврозоны, если из нее выйдут некоторые участники». В своем 114-страничном «Практическом руководстве по выходу из еврозоны» автор представил пошаговый план покидания монетарного союза. Более того, он привел весомые доказательства тому, что уход слабейших государств — единственное лекарство от «европейского недуга».
От своих слов он не отказался и в беседе с Fortune, заявив: «Еврозона — механизм, запускающий экономическую депрессию. Политики швыряют деньги [индекс] наиболее слабым и задолжавшим странам, но о восстановлении роста речи не идет. Распад еврозоны — не катастрофа, это единственный способ восстановить рост экономики и вытащить Европу из проблем. И произойдет этот распад очень скоро».
Политики же придерживаются диаметрально противоположного мнения. Практически все они выступают за сохранение целостности монетарного союза, а в его распаде видят экономический Армагеддон. Оптимистичные настроения по поводу еврозоны вновь возобладали после 6 сентября, когда президент Европейского центробанка (ЕЦБ) Марио Драги озвучил новую программу регулятора по скупке гособлигаций проблемных государств. По словам главы ЕЦБ, «евро не повернуть вспять». К тому же 12 сентября Верховный суд ФРГ одобрил участие этой страны в Европейском стабилизационном механизме, для чего создается фонд объемом в 645 млрд долларов. Это нашло отражение и в динамике биржевых индексов: так, S&P 500 подскочил на 2,4%.
Но все эти меры позволяют лишь выиграть время. А крах еврозоны неизбежен — разве что Германия и прочие сильные экономики предоставят своим соседям послабее еще более масштабную помощь. «Европе следует сформировать единую федеральную задолженность, ответственность за которую разделят все страны — члены монетарного союза. Если же этого не произойдет, то еврозона в итоге распадется», — полагает греческий экономист Янис Варуфакис.
Бутл же настаивает на том, что он прав и еврозона в ближайшие несколько лет распадется. Первоначальные последствия этого будут разрушительны: банкротства, дефолты по государственным долгам, временная паника на финансовых рынках. Однако это будет одноразовый шок. В случае же, если слабые страны останутся в рамках монетарного союза, процесс его раскола растянется на годы и будет гораздо более болезненным. Европа должна выбрать экономический рост, а для этого следует «расколоть» еврозону. И если подобное произойдет, то кривая экономического роста тут же пойдет вверх, утверждает эксперт. Так каков же сценарий «удачного» распада еврозоны?
Наиболее слабые экономики, сохраняя свое место в монетарном союзе, затрудняют для себя решение двух основных проблем. Первая из них, столь широко обсуждаемая в политических верхах, — гигантские государственные задолженности, превышающие 100% ВВП этих стран. Однако вторая проблема еще важнее. Страны PIIGS (Португалия, Ирландия, Италия, Греция и Испания) страдают из-за своей неконкурентоспособности, из-за высокой по сравнению с той же Германией стоимости производства. Поэтому, а также из-за конкуренции с импортной продукцией число производственных предприятий в Италии и Испании сократилось в десятки раз.
Разрыв в конкурентоспособности европейских стран рос десятилетиями. Основная его причина — разница в стоимости труда в «ключевых» и «периферийных» европейских государствах. С 1999 по 2001 год стоимость труда — то есть соотношение заработных плат по отношению к единице производимой продукции — в Испании выросла на 4,3%, в Италии — на 3,4%, а в Ирландии — не 4,1%, в то время как в Германии этот же показатель вырос всего на 0,9%. Как подсчитал Бутл, разрыв конкурентоспособности между «ключевыми» и «периферийными» странами составил 30—40%. Как результат доля одной лишь Италии в мировом экспорте снизилась с 5% в 1990-м до примерно 2% в прошлом году.
Оставаясь в еврозоне, «периферийные» государства смогут решить свои экономические проблемы лишь за счет экономии, понижая заработные платы из-за высокой безработицы, повышая налоги, урезая бюджетные расходы. «Процесс урезания расходов займет 10 лет», — говорит Бутл. Хуже того: задолженности и проценты по облигациям этих стран будут возрастать, в то время как налоговые поступления — сокращаться. Сохранить свое место в монетарном союзе и объявить дефолт по долгам для них нереально. «ЕЦБ поддерживает банки в слабых странах. В качестве подстраховки у него есть их гособлигации, но в случае объявления дефолта по такого рода долгам вся помощь со стороны еврорегулятора прекратится, и банки рухнут», — добавляет сотрудник Лондонской школы экономики Чарльз Гудхарт.
Немедленное же отделение от монетарного союза решит обе эти проблемы одним махом. Бутл уверен, что «периферийные» государства будут отделяться одно за другим, и утверждает: выход из еврозоны — процесс крайне запутанный, но с точки зрения международного законодательства вполне оправданный, ведь речь идет об экономическом выживании. Кроме того, для этого не должно требоваться разрешение Европарламента, что важно ради сохранения процесса отделения в тайне.
Вот как будет выглядеть этот процесс, к примеру, для Испании. В пятницу правительство страны озвучивает решение о выходе из еврозоны по итогам заседания Кабмина. Согласно постановлению, к 12:00 в понедельник все зарплаты, банковские депозиты, пенсии и цены переводятся в песеты в соотношении 1:1 к евро. Все выходные банковские отделения и банкоматы будут недоступны, а электронные трансакции запрещены, чтобы вкладчики не перевели свои средства, скажем, в Швейцарию. Бутл рекомендует печатать новые деньги и чеканить монеты лишь после официального объявления о выходе страны из еврозоны. Пока деньги не напечатаны, все платежи должны производиться посредством пластиковых карт. Использование наличных евро в качестве платежного средства следует разрешить лишь на протяжении определенного периода времени. А начиная с понедельника евровалюта станет иностранной. После выхода из монетарного союза курс евро резко подрастет, и поездка на такси стоимостью в 2 песеты уже через несколько дней будет стоить 1 евро.
Что до госдолгов, то Бутл советует отделяющимся государствам заново номинировать все гособлигации в местных валютах. Практически это можно приравнять к дефолту по долгам, поскольку кредиторы понесут в результате существенные потери. Однако эксперт советует не останавливаться на этом, а еще и прекратить все выплаты по ценным бумагам и списать долги до управляемого уровня в 60% ВВП. В промежутке между девальвацией и списанием долгов кредиторы потеряют 70% первоначальной стоимости бондов, Впрочем, Бутл уверен, что эта изначальная цена не более чем фикция и дефолт по таким гособлигациям все равно неизбежен.
Частному сектору экономист советует заново перевести кредиты в местную валюту, иначе весь частный капитал, как и рынок кредитования, попросту испарятся. А вот корпорациям, по мнению эксперта, стоит сохранять свои счета в евро, так как в противном случае многие компании не смогут обслуживать свои долги из-за снижения их ценности в случае перевода в местную валюту. Это, пожалуй, наиболее трудный момент в процессе выхода из еврозоны: банкротства участятся, а банкам придется вступать в переговоры относительно реструктуризации задолженностей.
«Ключевые» же страны, по мнению Бутла, из зоны евро не выйдут. Он полагает, что Германия, Голландия, Австрия и прочие западноевропейские государства сохранят единую валюту и со временем велика вероятность укрепления евро по отношению к доллару США и фунту стерлингов.
После выхода прочих стран из еврозоны в них вырастет инфляция [индекс] из-за удорожания импортной продукции. Вырастут и зарплаты — впрочем, не так сильно, как инфляция, поскольку безработных по-прежнему будет много. По подсчетам Бутла, необходима будет существенная девальвация местных валют по отношению к евро. Так, в Греции это снижение составит 55%, в Испании и Италии — 40%, а вот обновленный ирландский фунт упадет всего на 25%.
Отделившихся стран ждут несколько месяцев инфляции и растущей безработицы. Мировые финансовые рынки будут падать. Но, как это было в Аргентине после девальвации местной валюты более десяти лет тому назад, эти экономики также начнут расти в течение года, причем рост будет подпитываться за счет экспорта. Германия же пострадает из-за своей справедливо оцененной и поэтому укрепившейся валюты, что негативно скажется на ее экспорте. Однако она же и выиграет благодаря снижению цен на импорт и своим южным соседям, экономика [индекс] которых, скорее всего, будет расти.
Бутл считает, что итоги подобного процесса урегулирует сама экономика. «Меня частенько упрекают в том, что я всегда рад изгадить всем настроение. Но правда заключается в том, что политики все делают неправильно. Они валяют дурака и занимают уйму денег из государственного сектора, чтобы протянуть время, однако в итоге выиграют не они, а сам рынок», — заявляет он.
А для Европы отказ от единой валюты — решение уже не немыслимое, а вполне верное.
Наталья ЧЕРКАШИНА, специально для Banki.ru
SIA.RU: Главное
