Главный санитарный врач Геннадий Онищенко, который, как известно, сам не пьет и другим не советует (даже кефир, даже в Новый год, главное -- семейные ценности), на прошлой неделе проявил себя большим поклонником грузинского вина. "Столько лет грузинской продукции не было на нашем рынке!" -- волновался Онищенко перед встречей с делегацией грузинских виноделов, которой раньше, в течение многих месяцев, не давали визы в Россию. "Если не начнет мешать политика, грузинские вина вернутся на российские прилавки",-- заявил он. В 2006 году он же их, правда, и запретил, но то была не политика, конечно, и даже не экономика, а чистая антисанитария, простите за оксюморон.
Во время встречи стороны немножко поспорили: грузины говорили, что раньше лета им со всеми процедурами возобновления поставок не управиться, Онищенко махал на них руками, доказывая, что нужно непременно раньше, весной.
Светлый путь
"Деньги" уже писали о том, как эмбарго на ввоз в Россию парадоксальным образом помогло грузинских виноделам. 80% занимала Россия в их поставках, и вдруг этого рынка не стало. Казалось, виноделам конец. Но сегодня весь грузинский винный экспорт лишь на 30% меньше в денежном выражении, чем в первой половине нулевых. Примечательно, что бутылок едет меньше вполовину -- грузины научились продавать вино существенно дороже, чем раньше. "Правительство действительно заставило всех очень сильно поработать над качеством,-- рассказывает генеральный директор завода Badagoni Георгий Салакия.-- Главное, что была проведена паспортизация всех виноградников, это позволило сильно сократить производство фальсификата. И качество вина очень сильно улучшилось". Лучше всего продавать вино грузинские заводы научились на Украине, в Казахстане и Белоруссии -- там от общего объема продается почти три четверти. Но и в других странах СНГ, а также в Прибалтике, Восточной Европе и дальше -- в Западной Европе и США -- растут продажи.
Пока о снятии запрета речи не было, высказывания грузинской стороны были в основном в том духе, что "нам и так неплохо". Благодаря успехам других отраслей статус главного экспортного продукта вино утратило, и без этой нагрузки отрасль стала развиваться более вдумчиво, что ли. Михаил Саакашвили даже издевательски благодарил российские власти за запрет, поскольку только после его введения виноделы взглянули другими глазами на себя и на мир вокруг и поняли истинные свои возможности.
"В Россию мы будем поставлять особую линейку вин, мы должны конкурировать в России не с дешевыми винами, а с самыми дорогими, легендарными",-- мечтает директор завода Георгий Салакия. Самым дорогим в линейке Badagoni является вино "Алавердские традиции", которое, по предварительным расчетам, в российской рознице должно стоить около 2 тыс. руб.
"В Россию мы планируем поставлять наиболее качественную премиальную линейку вин от Teliani Valley,-- вторит ему Шота Хобелия, коммерческий директор компании Teliani Valley, владеющей своими виноградниками и винным производством во многих районах Грузии.-- В линейке будут, конечно, и традиционные любимые "Киндзмараули", "Мцване", "Мукузани", но мы предложим и более дорогие, уникальные вина".
Компания Teliani Valley, так же как и Badagoni, в России никогда не работала, сейчас специально под российский рынок она планирует увеличивать производство. А вот компания Alaverdi, один из крупнейших грузинских производителей, в России работала долгие годы, это был ее единственный рынок до 2006 года, и продажи составляли 1 млн бутылок. Со временем компания научилась продавать вино в 12 других странах, и в результате ее производство даже выросло. Еще год назад совладелец компании Зураб Гогинашвили довольно скептически относился к перспективам открытия российского рынка, заявляя в прессе, что "вернуться было бы заманчиво, но на общих условиях, а не идти на поклон к Онищенко", но сейчас поверил в реальность перемен и так же, как и другие производители, готов наращивать производство. "Надеюсь, никто не забыл вкуса наших традиционных вин, и они будут пользоваться прежним успехом,-- говорит Зураб Гогинашвили.-- Мы возлагаем большие надежды на российский рынок. Если удастся до конца года возобновить наши прежние объемы поставок, было бы замечательно".
Торопиться не надо
Впрочем, существует несколько обстоятельств, способных омрачить радость виноделов. Прежде всего эти обстоятельства связаны с положением дел на российском рынке. Эксперты отмечают, что за время отсутствия на нем грузинского вина рынок претерпел большие изменения. Количество игроков на нем выросло, а сам он даже несколько сократился. Исследовательские компании Euromonitor International и Global Reach Consulting (GRC) все это время фиксировали падение рынка в среднем на 2-3% в год. Есть сложность и с позиционированием грузинских вин. Большинство производителей рассчитывают продавать вино не дешевле 300 руб. за бутылку, а основной упор сделать на более дорогое вино. Не стоит забывать, однако, что в 90-е и в первой половине нулевых реноме грузинских вин было сильно подпорчено фальсификатом и дешевой гадостью, которая продавалась под известными брендами.
Однако нужно отдать должное грузинским виноделам: пробиваться на новые рынки и работать в обстоятельствах мирового перепроизводства вина они за последние годы научились. Хуже другое. Когда Геннадий Онищенко говорил свое загадочное "если не начнет мешать политика", он, думается, понимал, что имеет в виду. Прозреть успехи грузинских виноделов в борьбе за качество Онищенко удалось после того, как на октябрьских выборах в парламент Грузии победила партия Бидзины Иванишвили "Грузинская мечта", а партия Саакашвили "Единое национальное движение", соответственно, проиграла. В грядущем октябре -- президентские выборы, и ровно посередине между этими двумя событиям, а именно в апреле, Саакашвили имеет право распустить парламент и вернуть себе власть. Онищенко, соскучившись по грузинскому вину, торопит производителей к весне успеть сделать все нужные инвестиции: пройти проверку, договориться с дистрибуторами, войти в розницу. А там, глядишь, уже и потратились люди, и аппетит у них разгорелся, и лягут они костьми на пути у Саакашвили, не дадут совершить ужасное.
Маленьких обижать нехорошо
"На месте производителей я бы не стала пока что спешить с инвестициями: все-таки непонятно, насколько потепление будет последовательным, здесь слишком много политики",-- говорит сотрудник Института экономического анализа автор нашумевшей книги "Почему у Грузии получилось" Лариса Буракова. С ней согласен президент "Новой экономической школы -- Грузия" Пата Шешелидзе: "Мне кажется, если бы это было чисто экономическое решение, правила возвращения на рынок сделали бы более прозрачными. Понятно, что мир изменился, и сейчас уже грузин не может, как раньше, собрать у себя на огороде мешок мандаринов, захватить пару десятков кувшинов с вином, пересечь границу и в любом соседнем городе продать все это на базаре. Каждая страна предъявляет свои требования к контролю продукции, это нормально. Но то, что предложил Роспотребнадзор,-- ездить по предприятиям и непонятным образом контролировать качество,-- во-первых, дискриминирует мелких производителей (нельзя же посетить каждую деревню), во-вторых, оставляет, боюсь, возможности для коррупции, а в-третьих, дает возможность без лишних объяснений развернуть процесс вспять".
SIA.RU: Главное
