Государственные миллионеры
В России, в отличие от Европы и США, даже публичные компании не обязаны раскрывать в отчетности суммы вознаграждений, выплачиваемых руководителям. При этом о размерах выплат главам госкорпораций ходят легенды. Но иногда отдельные цифры все-таки появляются в открытых источниках.
В конце прошлого года журнал Forbes составил рейтинг наиболее высокооплачиваемых генеральных директоров российских компаний. Первая пятерка оказалась оккупирована представителями госструктур.
Наиболее высоко государство оценило президента ВТБ Андрея Костина. За год он зарабатывает около $30 млн -- сумму, вполне сопоставимую с доходами руководителей крупнейших западных банков. Самый высокооплачиваемый коллега Костина, президент JPMorgan Chase Джеймс Даймон, за тот же период заработал $42 млн. Стоит отметить, что возглавляемый Даймоном банк в десять раз больше группы ВТБ по активам, а по чистой прибыли перевес более чем шестикратный. Информацию о доходах Андрея Костина попыталась опровергнуть пресс-служба ВТБ, но довольно неубедительно.
От лидера рейтинга ненамного отстал глава "Газпрома" Алексей Миллер с годовой зарплатой $25 млн. Еще несколько лет назад никто не удивлялся тому, что газовый гигант не экономит на зарплатах топ-менеджменту. Но сейчас, когда "сланцевая революция" в США нарушила благополучие бывшего монополиста, а государство всерьез обсуждает разделение "Газпрома" на добывающую и транспортную части, ежегодное увеличение выплат руководству выглядит не совсем уместным. Тем не менее вознаграждения членам совета директоров и правления компании в прошлом году выросли на 17%, в совокупности достигнув 1,56 млрд руб.
"Российские топ-менеджеры в оправдание своих высоких доходов говорят, что люди на аналогичных позициях за рубежом получают ту же зарплату,-- говорит гендиректор компании Support Partners Константин Борисов.-- Но, во-первых, надо учитывать продуктивность компаний, которая у нас довольно низкая по сравнению с Западом. Во-вторых, с точки зрения компетенций западные топы зачастую намного сильнее российских. Чтобы занять руководящую должность, им приходится работать в отрасли по 20 лет, расти в ней. У нас же часто бывает так: сегодня -- депутат Госдумы, завтра -- член правления госкорпорации. Понимает ли этот человек в бизнесе -- большой вопрос, поэтому автоматическое назначение дохода, сопоставимого с доходами зарубежных коллег, не всегда оправданно".
В качестве иллюстрации можно упомянуть бывшего вице-премьера РФ Игоря Сечина, возглавившего в мае 2012 года "Роснефть". Новая должность позволила ему сравняться в зарплате с Алексеем Миллером. Размер вознаграждения шокировал даже экс-министра экономики Андрея Нечаева: "В случае с Сечиным -- это просто за гранью добра и зла. Он пришел из чиновников четыре месяца назад. Чтобы человек мог за четыре месяца натрудиться на $25 млн -- нужно просто какими-то выдающимися заслугами обладать".
И это не единственный случай, когда сопоставить доходы топ-менеджеров с их достижениями не получается даже у представителей власти. Не утихает шум вокруг жалованья главы "Роснано" -- 2 млн руб. в месяц. "Доход Анатолия Чубайса и других менеджеров Российской корпорации нанотехнологий не должен превышать зарплату президента и членов правительства",-- возмущался депутат Госдумы Иван Грачев, взявшись за разработку законопроекта, который ограничил бы заработки менеджмента госкорпорации. Его инициатива, поддержанная 93 депутатами, предвосхитила новости о создании "Роснано" резерва под списание 21,8 млрд руб. неудачных инвестиций и обвинения Счетной палаты в неэффективном расходовании средств.
Не без проблем и у еще одного инноватора с такой же, как у Чубайса, зарплатой -- речь о руководителе фонда "Сколково" Викторе Вексельберге. В конце прошлой недели фонд навестил с обыском Следственный комитет -- в рамках расследования уголовного дела о нецелевом расходовании бюджетных средств. Ущерб бюджету оценивается в 23,8 млн руб. Эксперты не исключают, что СКР могут также заинтересовать зарплаты топ-менеджеров "Сколково".
Самый главный олигарх
Обеспечив достойными зарплатами любимых топ-менеджеров, государство обратило внимание на менеджеров среднего звена, да и на рядовых сотрудников тех же госкорпораций. К концу прошлого года, когда средняя зарплата по стране составляла около 26 тыс. руб., а по Москве -- чуть больше 30 тыс., "Газпром" тратил на зарплаты 23 тыс. сотрудников (топ-менеджеры сюда не входят) почти 22 млрд руб.-- в среднем по 95 тыс. Примерно в такую же сумму -- около 100 тыс. руб.-- эксперты оценивают среднюю месячную зарплату в "Сколково". Но самой привлекательной госструктурой в плане зарплат остается "Роснано" -- ее сотрудники ежемесячно получают в среднем 400 тыс. руб.
"После кризиса 2008 года государство стало основным бизнесменом в нашей стране,-- комментирует ситуацию на рынке труда Константин Борисов.-- Все помнят, как в середине 2000-х успешные кандидаты массово уходили из транснациональных и западных компаний в структуры, контролируемые олигархами, поскольку те платили больше и предлагали самые интересные проекты. Сейчас те же самые люди переходят на службу в госкомпании. Можно сказать, это новый этап развития российского рынка труда".
Агрессивная политика государства, переманивающего лучшие кадры, внушает экспертам опасения. "Перекупая сотрудников, государство зачастую вынуждено переплачивать за кадры, тем самым перегревая рынок. Перегрев заметен уже сейчас. А у частного бизнеса усугубляется кадровый голод",-- отмечает старший партнер "Росэксперта" Оксана Фещенко.
Екатерина Ильина, партнер компании Boyden, приводит пример перегрева рынка: "Это безумие, когда директор по персоналу даже очень крупной компании получает 15-20 тыс. евро в месяц, в Европе это зарплата гендиректоров, которые отвечают за многомиллионные бизнесы и несут огромную ответственность".
Чиновник-менеджер
По мнению экспертов, самая занятная тенденция -- переход сотрудников коммерческих структур в органы власти. Начальник управления государственной службы и кадров столичного правительства Александра Александрова с гордостью сообщает, что если до недавнего времени на работу в мэрию можно было устроиться только по знакомству, то с приходом Собянина правительство Москвы присоединилось к набирающей обороты кадровой охоте. "В столичном правительстве произошла кадровая революция. Поменялось до 70% руководителей. Большинство из них -- люди достаточно молодые, теперь наша задача -- набрать и более молодых исполнителей. И мы набираем",-- говорит она.
Последние два года московское правительство в качестве работодателя конкурирует за лучшие кадры не с другими госструктурами, а с бизнесом, отмечает Александрова. "Конечно, мы платим меньше, чем бизнес, и меньше, чем госкомпании сырьевого сектора: средняя зарплата руководителя департамента у нас 120-130 тыс. руб. в месяц. Но мы уже переходим на более современную модель поощрения. Премии могут достигать 30-50% годового заработка, и самое главное -- премии привязаны к результатам труда каждого сотрудника. То есть, например, подчиненный может получить премию больше, чем его начальник, если на нем лежала реализация какого-то важного проекта",-- добавляет Александрова.
Однако и здесь начальство уверенно во второстепенности материальных стимулов. "Несмотря на то что заработки выросли, профессионалы к нам сейчас идут не за деньгами. Уровень задач, который решают сейчас наши сотрудники, такой, какого больше никто не предлагает. Масштабы строительства, решение транспортных проблем -- ничего подобного раньше просто не было",-- говорит Александра Александрова.
Екатерина Ильина, партнер Boyden, видит в таких переходах немалые риски: "К сожалению, когда мы говорим о госструктурах, нужно обязательно помнить, что они мало заточены на результат, в большей степени -- на процесс, поэтому людям, которые поработали в реальном бизнесе, очень тяжело перестраиваться. Кроме того, всегда остается риск не получить тех полномочий, которые были обещаны на входе. И тут наблюдается еще одна тенденция: часто между приходом в госструктуру и выходом из нее проходит совсем немного времени". Но люди, оговаривается эксперт, все равно готовы пробовать.
SIA.RU: Главное