Банк России и Росстат оценили характер деловой активности в апреле. Их выводы подтверждает ожидания относительно умеренного падения промпроизводства и ВВП в период ограничений экономической активности из-за коронавирусной пандемии.
Снижение деловой активности в промышленности на фоне эпидемии коронавируса пока демонстрирует сдержанную динамику в сравнении с активностью обращений бизнеса к властям. Апрельская реакция промышленной части бизнес-среды на происходящее в экономике близка к сопоставимым наблюдениям Росстата в 2014 году – так, ожидания в обрабатывающих отраслях (минус 7% после минус 2% в феврале-марте) пока не дошли до худшей точки прошлого кризиса (минус 10% в декабре 2014 года). Традиционно более оптимистичная добыча продемонстрировала спад активности до минус 5% (после минус 3% в марте и феврале) – в 2014 году она падала до минус 7%.
Эти оценки Росстата базируются на данных опроса 3,8 тыс. организаций (без малого бизнеса) в первой декаде апреля, то есть уже после введения карантина – он, напомним, начался на последней неделе марта. По итогам мартовского опроса и добыча, и обработка его не заметили, несмотря на падение цен на нефть и признаки эпидемического кризиса, что дает основания предполагать инерционность реакции респондентов, либо отражает некоторое привыкание экономики к регулярным падениям. Впрочем, речь пока идет только о промышленности – ущерб от карантина для сектора услуг окажется значительно большим.
Экономическую ситуацию в организациях добывающего сектора называют благоприятной 10%, удовлетворительной – 71% руководителей, в обработке – 8% и 68% респондентов соответственно.
Эти цифры практически полностью соответствуют периоду посткризисного восстановления экономики летом 2016 года.
Улучшения экономической ситуации в ближайшие полгода ждут в добыче 20% опрошенных, в обработке – 26%, что также полностью совпадает с восстановительной фазой 2016 года.
Между тем Банк России опубликовал данные уже о третьей неделе принудительного ограничения экономической активности – «Мониторинг отраслевых финансовых потоков» позволяет грубо оценить структуру будущего сокращения ВВП по крайней мере в апреле.
Исходя из данных ЦБ, можно констатировать, что первый месяц самоизоляции вместе со сверхнизкими ценами на нефть сократит производство ВВП за месяц на 25%, из которых 80% обеспечит самоизоляция. Если режим ограничений продлится до середины мая, вторичные эффекты не будут нарастать во времени, а сильных новых влияний не будет обнаружено, происходящее должно «вычесть» из динамики ВВП второго квартала порядка 10 п. п. роста. Если считать «норму» второго квартала примерно такой же, как в первом, падение ВВП должно составить около 8%, что вполне соответствует расчетам в прогнозах ЦБ.
Отметим, это консервативная оценка, предполагающая, что после предполагаемого майского ослабления карантинных мер компенсирующего восстановления не произойдет или оно будет очень слабым.
Олег Сапожков, Дмитрий Бутрин
SIA.RU: Главное
