«Потребление электроэнергии населением Иркутской области растет. Но большая его часть приходится не на отопление, как многие думают, а на бытовую технику. И этот сегмент продолжит увеличиваться – прогресс не остановить», – считает академик Валерий Стенников, директор Института систем энергетики им. Л. А. Мелентьева СО РАН. Действительно ли в регионе сложился энергодефицит, как будет меняться структура потребителей со временем, поможет ли газификация сэкономить электричество и бюджеты домохозяйств – это и многое другое мы обсудили в интервью Газете Дело.

Об потреблении электроэнергии: меняется экономика – меняется структура

В Иркутской области в последние годы поступательно растет энергопотребление. Каков вклад в этот рост промышленности, в том числе планируемых инвестпроектов? А каков – населения?

– Иркутская области вернулась к объемам потребления электроэнергии, который был в конце восьмидесятых годов прошлого века, и даже превысила их.

Правда, тогда соотношение потребления промышленности и населения было совершенно другим: на население приходилось не более 4%, а промышленность потребляла в пределах 76%. Это понятно: здесь были размещены крупные производительные силы и именно под них появилась такая мощная энергетика.

Но со временем менялась экономика и, как следствие, изменялась структура нагрузок. Крупная промышленность сворачивалась, развивался малый бизнес, который нуждался в электроэнергии низкого напряжения, развивались потребности человека. На сегодняшний день на население и приравненных к нему потребителей приходится уже 20% электроэнергии и по мощности в пиковые периоды до 30-32%. Доля промышленности в общем объеме электропотребления сократилась до 53-56%, а по мощности до 60-65%.

Однако и эта структура энергопотребления будет трансформироваться – продолжит расти доля мелких потребителей, потому что появляются новые виды экономической деятельности, растет энерговооруженность домохозяйств, с другой стороны, появляются энергосберегающие технологии в традиционных промышленных отраслях.

Принято считать, что рост потребления электроэнергии населением вызван активным развитием ИЖС, а именно тем, что частный сектор у нас отапливается за счет электричества. Это действительно так?

– Отчасти это так – топить электричеством сейчас дешевле, чем дровами (которые в последние годы очень подорожали), поэтому на него активно переводят даже старые дома с печами. Это еще и комфортнее, и  проще, удобнее – не надо рубить, пилить, выносить золу. Поэтому электроотоплением пользуются, например, пенсионеры, особенно на севере. Ну и тот факт, что банки долгое время не давали кредиты на дома, которые оборудованы печами или твердотопливными котлами, – стимулировал развитие ИЖС на электрических источниках тепла.

Однако по нашим расчетам, конкретно на отопление приходится максимум 5-7% общего потребления электроэнергии по области. Напомню, всего на население приходится, по нашим оценкам, примерно 20% потребляемой электроэнергии. То есть отопление занимает всего около трети.

А остальные две трети?

– Это бытовое потребление, связанное с повышением уровня комфорта. Стиральные, посудомоечные и сушильные машины, водонагреватели, холодильники, морозилки, духовки, микроволновки, климатические установки… Если раньше мы имели только один пик нагрузок по мощности – зимой, то недавно появился и второй – летом, когда все включают кондиционеры.

И это потребление, повторюсь, будет расти. Есть исследования о среднем количестве электроприборов в домохозяйствах разных стран. В России в среднем 25-50 приборов.  В Европе уже от 30 до 60. США – от 50 до 80. В Японии – около 100! Мы будем двигаться в эту сторону. Люди хотят жить все более комфортно – и это нормально, в этом суть прогресса.

Об энергодефиците: люфт есть

Иркутская область сегодня – энергодефицитный регион?

– Когда мы говорим об электроэнергии, мы рассматриваем ее в двух «измерениях». Одно – это объем электропотребления, который измеряется в киловатт-часах – это та самая цифра на счетчике, исходя из которой мы платим за свет.

И с этой точки зрения, в Иркутской области сегодня нет явного дефицита электроэнергии – наши объекты генерации могут производить 75 млрд кВт-ч в год. А потребление 2024 года у нас было в пределах 72 млрд кВт-часов. В 2025-м оно даже снизилось – до 67 млрд кВт-ч. То есть у региональной энергосистемы есть определенный люфт. Не будем забывать и то, что эта система не автономна, у нее есть связи, которые позволяют формировать переток энергии в соседние регионы и, соответственно, потреблять энергию оттуда.

Те сложности, которые испытывают потребители с подключением, связаны не с нехваткой самой энергии, а с неразвитостью сетей и в целом инфраструктуры низкого напряжения. Исторически сложилось так, что ей уделялось мало внимания. Сейчас энергетики взялись за это направление, но накопленный дефицит «пропускной способности» еще присутствует.

А второе «измерение»?

– Второе «измерение» – это мощность. С ней ситуация несколько другая. В 2024 году Иркутская область достигла рекордного пика разовой мощности – 11,6 ГВт. При том, что установленная мощность всей генерации – 13,2 ГВт. Казалось бы, резервы есть, но проблема в том, что у нас очень большая доля выработки – примерно 70% – приходится на ГЭС и потому зависит от водности, и, значит, от сезонности, от климатических колебаний. Зимой выработка ГЭС меньше, чем летом, в засушливый год – меньше, чем в многоводный... Кроме того, необходимо иметь аварийный резерв на непредвиденные ситуации.

Когда тот же Системный оператор говорит об ожидаемом дефиците энергии, он говорит именно об дефиците располагаемой (доступной) мощности.

То есть, новая генерация необходима в регионе, чтобы закрывать именно потребности в мощности?

– Это достаточной тонкий вопрос. С одной стороны, безопасность энергоснабжения, конечно, требует необходимого резерва. С другой, пиковые нагрузки по мощности в Иркутской области в 2025 году держались всего 10 дней. Так ли необходимо, ради этих 10 дней строить новые объекты электрогенерации? Ведь они будут значительной нагрузкой на тарифы потребителей.

На мой взгляд, здесь нужны другие инструменты: пора переходить от простого производства и поставки энергии к управлению потреблением и перетоком. Например, стимулировать разные категории потребителей, чтобы в пиковый период они снижали нагрузку, переносили ее на другое, менее загруженное время. Необходимо иметь возможность перебрасывать энергию с одного места в другое, подавать мощность туда, где она требуется именно сейчас. Представьте, что 50 электромобилей приехали одновременно на одну зарядочную станцию. Значит, мощность надо подать на нее. А завтра они все поехали на другую станцию – значит, мощность надо перебрасывать туда. Это динамическое управление. А еще можно стимулировать водителей заряжаться в разное время, тогда таких пиков потребления мощности не будет. А еще можно стимулировать отдавать электроэнергию в системы в пиковые часы от тех же электромобилей

Словом, назрел переход от традиционной (предсказуемой) энергетики к стохастической – непредсказуемой (вероятностной – ред.) модели. Это требует серьезной организационной работы, развития сетей для перетока, однако это дешевле, чем строительство все новой и новой генерации.

О газификации: электричество не сэкономит, но необходимость назрела

Сейчас в Иркутской области вновь поднимается вопрос газификации южных районов. Предполагается, что это может решить вопрос прогнозируемого дефицита электроэнергии. В том числе за счет перевода ИЖС на отопление газом. Это действительно поможет?

– Как я уже сказал, на отопление индивидуальных домов приходится всего 5-7% энергопотребления. Это не те цифры, которые могут решить проблему дефицита, если таковой возникнет.

Но, с другой стороны, газ – это альтернатива. Это экологичность – города Иркутской области, напомню, традиционно входя в список самых «грязных». Это удобство в использовании. Газификация нужна – но не для экономии электричества, а для того, чтобы улучшить условия жизни людей, экологию городов, повысить доходы в бюджет области.

Вопрос в том, какой это будет газ и во что он будет обходиться населению. Скажем, сжиженный природный (СПГ) или сжиженный углеводородный газ (СУГ, продукт нефтепереработки) – это очень дорогое топливо. Дороже пеллет, угля и дров, и тем более электричества.

Речь идет, насколько можно понять, о сетевом газе…

– Сетевой газ дешевле. Мы еще в 2024 году сопоставили расходы на отопление дома площадью 100 “квадратов” при электрообогреве и за счет газа. Жители Иркутской области даже при тех тарифах на электричество, которые действовали на момент расчетов, тратили на обогрев жилья в полтора раза больше, чем домовладельцы в газифицированном Новосибирске. Упущенная выгода наших потребителей при этом суммарно составляла более 2 млн рублей. 2 миллиона рублей могли бы сэкономить наши владельцы домов, если бы отапливались сетевым газом! На каждое домохозяйство это десятки тысяч рублей. А если учитывать возрастающие тарифы на электричество, упущенная выгода вырастает до 11 млн рублей в год.

Но тут есть нюанс. Мы брали за основу средний по РФ тариф на кубометр газа – 7,4 рубля. Каким он будет в Иркутской области – вопрос. Потому что в отличие от европейской части страны, и нескольких регионов за Уралом, где газопроводы строили в советское время всей страной, у нас расходы на строительство магистральной инфраструктуры лягут на потребителя. Наш институт недавно рассчитывали тариф на сетевой газ для Бурятии – там только инфраструктурная составляющая достигает 34 рублей. Экономически оправданная цена составляет 14 руб. за один кубический метр газа. Конечно, при такой стоимости газ просто не будет востребован.

Поэтому важно, чтобы газификация проходила комплексно – в нее должна быть включена газохимия, промышленное потребление, «большая» энергетика. Тогда расходы на инфраструктуру будут размыты между большим количеством крупных потребителей, а переработанный газ после газохимии будет иметь другую ценность и станет доступным для населения и других потребителей. Только большой, комплексный проект позволит установить адекватный тариф для населения.

К тому же газ нужен и для теплоэнергетики – скажем, Иркутску остро необходим второй крупный теплоисточник. И этот проект тоже хорошо бы уложить в канву комплексной газификации, поскольку без наличия газа он не может быть реализован.

О вариантах и проектах: планы реальны, но есть нюанс

Но тут встаёт вопрос об источнике. Ковыкта – это экспортный проект. В свое время – примерно 20-25 лет тому назад – была идея газификации региона за счет освоения малых месторождений. Тогда от нее отказались. Насколько этот план реален сегодня?

– Действительно, на Ковыктинском месторождении, как поясняет Газпром, весь добываемый газ законтрактован на экспорт. Свободных объемов для внутреннего потребления нет, хотя по нашим расчетам даже при возросшем экспорте его должно быть достаточно.

В качестве альтернативы рассматривались два варианта. Первый: компания ИНК подает газ со своих НГКМ в Якутии в систему «Сила Сибири», а Газпром подает аналогичный объем газа на юг области с Ковыкты. То есть ИНК фактически компенсировала бы выпадающий объем. 

Второй: создать консорциум мелких недропользователей, которые имеют лицензии на небольшие месторождения газа в Иркутской области. Совокупно эти месторождения могут давать достаточно большой объем, которого хватит и на крупных потребителей. Причем газ этот «жирный», похожий на ковыктинский, а значит пригодный для газохимии. Но для этого необходимо внести изменения в федеральное законодательство. Сегодня по закону единым оператором газификации в стране являются структуры Газпрома. Вот если доступ на этот рынок получат и небольшие компании – это сделает план вполне реальным. Только здесь необходима государственная поддержка.

Другой вопрос, актуальна ли сейчас тема газопереработки в регионе? Раньше базовой площадкой для газохимии предполагался «Саянскхимпласт». Но недавно компания вошла в структуру «Роснефти», которая, как можно предположить, заинтересована в развитии собственных технологических цепочек переработки нефти. Насколько ей будет интересно газовое направление? Этот вопрос теперь нужно обсуждать отдельно. Вместе  с тем, при наличии газохимических производств ряд продуктов, например, гранулы  полиэтилентерефталата (ПЭТ) для производства пластиковых бутылок для розлива байкальской воды, напитков мы бы не возили из Калининградской, Тверской, Московской  областей, Китая, куда направляем газ, а покупаем продукты из него.

Если предположить, что доступ к газу у области все-таки будет, то его необходимо будет довести до домохозяйств. Есть ли понимание, в какую сумму обойдется строительство сетей низкого давления?

– Для начала, и первый, и второй вариант потребует строительства магистрального трубопровода от самих месторождений. А уже для распределения внутри населённых пунктов и подведения к домам понадобится инфраструктура низкого давления. Это в целом очень дорогой проект – по нашим оценкам примерно 200 миллиардов рублей. Без федеральной поддержки Приангарье подобную задачу не осилит.

Поэтому, повторюсь, необходимость в газификации Иркутской области, включая южные ее районы, назрела давно. Чтобы изменить ситуацию, региону надо обращаться на федеральный уровень – и правовой вопрос, и финансовый возможно решить только на этом уровне.

Екатерина Дементьева